Гитлер, хрущёв и промокашка в манеже

В Манеже 20 октября завершила собственную работу 5-я Столичная биеннале современного мастерства. Подобные выставки тихо-мирно проходят в отечественной столице каждые два года. Нынешнее мероприятие сначала также не через чур завлекало внимание «почтеннейшей публики».

Но ближе к концу биеннале разразился невиданный скандал. Над широкими столичными просторами разнесся крик: «Гитлер в Манеже!» Любители красивого содрогнулись и практически «стуча копытами» ринулись защищать выставку от «чиновников-нацистов» во главе с министром культуры В. Мединским.

Скандал, как говорится, позвал в путь и «АН».

Миллионы на «мастерство»

Сначала занимательная математика – биеннале обошлась организаторам в 100 млн. рублей. Сумма астрономическая – по последнему курсу это 3 млн.

150 тыс. долларов. Так что устраивать войну и биться было за что. Тем более нужно осознавать, что речь заходит всего лишь о выставке, нескольких особых проектах, лекциях и круглых столах.

В стране от всего этого остался только лёгкий эфир противоречивых (довольно часто отрицательных) отзывов и каталоги ценой 1500 рублей.

Само собой разумеется, вычислять деньги в чужом кармане – занятие неправильное и осуждаемое в приличном, тем более искусствоведческом кругу. Но мероприятие было организовано по большей части за счёт страны, так что деньги формально неспециализированные.

На подготовку к биеннале лишь родное для В. Мединского ведомство «отстегнуло» более 55 млн. рублей.«Столько же выделило правительство Москвы в лице департамента культуры. Кроме этого была помощь грантодающих организаций, каковые поддерживают живописцев собственных государств», – поведал информагентствам комиссар проекта Иосиф Бакштейн.

Оторвав такие «бабки» от вторых деятелей культуры, В. Мединский лично явился на открытие выставки в Манеж. Его обращение была пронизана привычным за последние годы пафосом: «Я переполнен впечатлениями и эмоциями от визита данной выставки.

Непременно, Министерство культуры, которое есть главным «спонсором» проекта, будет ещё больше уделять внимания биеннале. Пологаю, что шестая, седьмая и последующие выставки станут еще более важными».

Словом, министр поклялся, что рука дающего не оскудеет и хрустящие бумажки будут выделяться ещё, и ещё, и ещё.

Но дальше что-то пошло не так. Возможно высказать предположение, что В. Мединский «клялся на мастерстве», ещё не видя всей выставки. Но, заметив, что ему «впаривают» именитые зарубежные и отечественные искусствоведы, погрустнел.

По второй версии, министр культуры начал мрачнеть ещё раньше: в мае на открытии русского павильона на биеннале в Венеции. Это мероприятие обошлось отечественной стране также в большую сумму – 24 млн. рублей.

Плюс, ещё практически столько же израсходовали частные спонсоры.

Однако по окончании открытия В. Мединский молчал более 20 дней. Чиновничье недовольство прорвалось только в первых числах Октября.

На совещании в Совете Федерации, посвящённом Общероссийскому году культуры, министра нежданно прорвало: «Я тут зашёл в Манеж, в том месте ещё не кончилась Столичная биеннале. Я ходил и думал: из-за чего никто не крикнет: «А король-то обнажённый»?

Из-за чего мы должны под современным мастерством видеть что-то абстрактно-кубическое, корявое, в виде груды кирпича? Да ещё за национальные деньги!»

Караул, хулиганы зрения лишают!

Словом, В. Мединский восстал. Похоже, ещё на выставке он дрожащими пальцами скрутил в кармане дулю, но извлечь её тогда не решился. Смелость пришла к госслужащему лишь в окружении собственных. Прочно сжатый кукиш грозно завис над прожорливым современным «мастерством».

Накося выкуси – денег не дам!

Ответ последовал срочно: «Гитлер! Геббельс! Хрущёв!

Промокашка необразованная!» Более всех усердствовал популярный блогер Антон Носик, неожиданно ставший искусствоведом. Согласно его точке зрения, в речи министра невооружённым глазом заметны заимствования из классиков фашизма.

К тому же, раскритиковав выставку, он стал похож и на Никиту Хрущева, что кричал в Манеже на живописцев и обзывал их матерными словами.

Идею подхватил и молдавский галерист Марат Гельман. Он написал в собственном живом издании, что Мединскому не следует удивляться, «в случае если ему не так долго осталось ждать будут пририсовывать усики».

Этому вправду никто не удивится – пририсовать усики а-ля Гитлер весьма легко. С этим справится кроме того сам М. Гельман.

К тому же, трудясь с живописцами, нужно же и самому хоть что-то нарисовать.

Целый данный «девятый вал антифашизма» сходу размножили разные СМИ. «Художественная» общественность и кое-какие критики скоро растолковали читателям, что мастерство в Манеже не простое, а современное – его нужно осознавать и обожать. А это ох как не просто – на данный момент дискурс мастерства стал эзотерическим и понятным лишь самим участникам художественного процесса.

В случае если перевести с французского на родной нижегородский, то сущность несложна: не нужно лезть со свиным рылом в калашный последовательность. В случае если нет мозгов, то слушай «Мурку», как Промокашка из фильма «Место встречи поменять запрещено», и не мешай нам наслаждаться великим композитором Глюком и откладывать концептуальные кучи.

В этих претензиях был бы хоть минимальный суть, если бы 5?я Столичная биеннале стала бы выдающейся выставкой. Но на деле, как шёпотом признают искусствоведы, выставка оказалась неудачной. Доносятся обиженные голоса и из Европы. Не пришлось по нраву.

В этом нет ничего необыкновенного (мало ли было провалов), если бы не выдающаяся сумма затраченных на биеннале средств.

Кирпич, ещё кирпич

Убедиться в низком художественном значении биеннале имел возможность любой гость и житель столицы. Само собой разумеется, сам Манеж впечатляет. Громадный, прекрасно отремонтированный выставочный зал. Настоящее украшение столицы.

В центре под самым потолком завис дирижабль, похожий на мутный рыбий пузырь с изношенной гондолой-домиком. Сто раз виденный сюжет – работе, на минуточку, больше сорока лет.

Антиквариат. Создатель – видный бельгийский живописец Хенри Ван Хервеген (псевдоним Панамаренко).

Что же делает данный динозавр на имиджевой для страны выставке?

Гитлер, хрущёв и промокашка в манеже

Бельгийский «антикварный» цеппелин

Неподалеку и куча кирпича, упомянутая В. Мединским – инсталляция неизвестной китайской художницы. Ничего очень отвратительного: легко среди Манежа весь месяц лежали простые ветхие кирпичи с налипшими на них кусочками рваной ткани.

Заплатив 250 рублей, взглянуть на них имел возможность кто угодно. Цена подъёмная. Говорят, китаянка желала продемонстрировать строительную мощь собственной полуторамиллиардной страны.

Её постоянный экономический рост, стирающий, не выбирая способов, неприятное прошлое до основания. Идея также не новая – СССР пережил это ещё в 30-е годы прошлого века. Но кроме того это не удалось – никакого ощущения огромных потрясений.

Думается, что какой-то китаец ветхую кирпичную будку любимой собаки чау-чау.

Груда кирпича. Вместо глобальных потрясений – катастрофа собачей будки

Собачку, само собой разумеется, жалко, но новый свежеиспечённый кирпич выглядит существенно концептуальнее. К тому же (спе­циально для китайского автора) нужно не забывать, что ещё в середине прошлого века мастерство серьёзно изменилось.

По окончании прихода поп-арта, концептуализма и минимализма границы ясных средств были полностью отменены. Появился постконцептуализм. Так что мастерство давным-давно разомкнуло узкие дисциплинарные рамки. В тренде сейчас газобетон.

Последнее – само собой разумеется, шутка.

Китайская барахолка

Близко от кирпичей пребывала работа второй китайской художницы называющиеся «Ничего не выбрасывай». Граждане Поднебесной на данный момент по большому счету атакуют в мастерстве. Действительно, прекрасно получается далеко не всегда.

Однако китаянка привезла в Москву целый хлам, что её мама собирала много лет. Китайцы, дескать, такие бережные, они ничего не выбрасывают, а отдают дочерям в качестве приданого.

И всё это «достаток» обязательно должны заметить столичные зрители.

«Произведение» воображало собой правильную копию китайской барахолки. Пространство было организовано столь же наивно.

На полу лежал разложенный квадратно-гнездовым методом всевозможный китайский мусор, чудесным образом не попавший в помойное ведро: ветхая обувь, посуда, безлюдные пластиковые бутылки, раздельно крышки от них, остатки пенопластовой упаковки от бытовой техники, простые дощечки, картонные коробки и много-много чего ещё.

Китайская барахолка. Вход платный

Всё было не сообщить дабы весьма нечистое, но кое-какие предметы очевидно с странным налётом. Первая идея – Онищенко это видел? Захотелось, как возможно скорее выйти из эзотерического дискурса мастерства.

После этого дать бедной художнице плошку риса, напоить женьшеневой водкой и принудить подписать договор с «металлическим» главным пунктом – пожизненный запрет привозить в Москву собственные «произведения». Быть может, как раз так «тонко» и должны были функционировать госслужащие на данный момент.

Тогда бы им удалось избежать скандала.

Кто виноват?

Не обращая внимания на пара хороших вещей, в целом пространство выставки распалось на отдельные куски. Единого целого не получилось – не было идеи. Объекты расплющились, растворились и смотрелись очень невнятно.

Как согласилась газете «Ведомости» куратор главного проекта биеннале бельгийка Катрин де Зегер, в первый раз заметив зал Манежа, она поразмыслила: «Господи, что же я с ним буду делать? Он же громадный!» По всей видимости, исходя из этого и было нужно привозить с отчизны всеми неоднократно виденный, мутный ветхий цеппелин в надежде, что он станет объединяющей доминантой.

Но фокус не удался – то, что смотрится огромным в игрушечной Бельгии, в Российской Федерации делается небольшим. Неужто не было возможности отыскать для отечественной выставки объект под стать размаху страны?

Денег хватало.

Видеоинсталляции, расположенные в нижнем зале выставки, за редким исключением поражали внутренней пустотой. Они были легко бессильны и до зубовного скрежета неинтересны. О каком-то чуде речи и вовсе не шло.

Да и вероятно ли было создать хоть что-то запоминающееся, в случае если, по словам Катрин де Зегер, она и сама не весьма осознавала, как отбирала живописцев. Это не преувеличение. Процитируем несколько её ответов из интервью «Русском газете», опубликованного за сутки до открытия выставки:

– И всё-таки, как вы выбирали живописцев?

– Для меня самой это тайная. Выбираешь живописцев сперва интуитивно.

И нежданно за спонтанным отбором начинают проступать контуры рационального ответа.

– Большое количество работ создано специаль­но для Столичной биеннале?

– Большое количество. И я не знаю, как они будут смотреться.

Необычная вещь: в то время, когда вы начинаете проект, в котором участвуют многие люди, появляются вещи, каковые ты и ожидать не имел возможности.

Вот так спонтанно и незамысловато и были израсходованы 100 млн. народных рублей. Причём обстановка складывается какая-то необычная. У данной выставки имелся очень важный по составу совет экспертов из пяти человек.

За исключением комиссара биеннале Иосифа Бакштейна, все они чужестранцы: директор Стокгольмского музея современного мастерства, директор Университета современного мастерства в Софии, занимаюший ранее пост руководителя Центра Помпиду, содиректор английской Галереи Серпентайн. Да и сама Катрин де Зегер не с улицы пришла – на данный момент она директор Музея изобразительного мастерства в Генте.

И вот таковой результат. Может, всё дело в том, что бельгийка стала единоличным куратором Столичной биеннале?

В частных беседах люди, привычные с обстановкой около выставки, утверждают, что комиссар Иосиф Бакштейн ни в чём не виноват. Он, дескать, не имел возможности оспорить решения Катрин де Зегер, которая как живописец творила из выставки собственное личное произведение.

Такие ей были даны права (для чего тогда по большому счету нужна должность комиссара?). Да и по большому счету, бельгийка старалась и делала всё, что вероятно.

Но очевидно не потянула.

Молчание золото

Отчего же В. Мединский не решился закричать ещё на выставке про обнажённого короля? Всё легко – в Москве на данный момент не принято осуждать и высказывать собственное удивление по поводу выставочных неудач.

Никто не желает прослыть Гитлером, Хрущёвым и Промокашкой.

Дело в том, что государство и без того до предела затянуло гайки. Пожалуй, лишь в мастерстве ещё возможно вольно высказывать собственное вывод.

Каждые нелестные высказывания воспринимаются как посягательства на свободу. К тому же арт?мир тесен. А современное мастерство – бизнес. Исходя из этого кое-какие столичные искусствоведы не публиковать их имена при оценке последней биеннале.

Мало кто желает рисковать собственными отношениями с сотрудниками, тем более в то время, когда речь заходит о людях, ворочающих такими суммами.

На современное мастерство в Российской Федерации также существует денежная монополия. Подобная практика ведет к ликвидации конкурентной среды и загниванию.

И это в тот момент, в то время, когда мэрия и горсовет Москвы фактически вдвое повысили арендную плату для многих культурных центров и галерей столицы. Правильнее – сняли лужковскую дотацию.

Тем самым многих живописцев поставили на грань провала. на данный момент они пробуют убедить мэрию «вернуть всё взад» – власти цену пока не снижают.

Само собой разумеется, правильные выводы о обстоятельствах провала биеннале возможно делать лишь по окончании детального анализа сметы выставки – 100 млн. не шутка. Но будут ли этим заниматься в стране, где и миллиарды утекают в малоизвестном направлении?

Тем более в далеком прошлом как мы знаем, что национальным органам отечественных денег не жалко.

Михаил Делягин о роли общаков в работе ЦБ

Самое ужасное оружие холодной войны (Мы вам продемонстрируем кузькину маму)


Вы прочитали статью, но не прочитали журнал…

Читайте также: