В стране пьет каждый второй, а высоцкий у нас – один

В стране пьет каждый второй, а высоцкий у нас – один

— НИКИТА, вы режиссёр и актёр — человек творческий. А трудитесь директором музея.

Это вас не «напрягает»?

— Само собой разумеется, я не об этом грезил. В то время, когда пришел ко мне, в Центр-музей, сначала считал, что ненадолго.

Постою как флаг — и все окажется. С того времени так и стою, вернее, сижу — в кресле начальника.

— какое количество вам было лет, в то время, когда Владимир Семенович разошелся с вашей мамой Людмилой Абрамовой?

— Мне было четыре года. Я был в такой же ситуации, в то время, когда моему старшему сыну Семену было около шести лет. Иногда с ним вижусь, что-то дарю, поздравляю с праздниками…

Так же вел себя по отношению к нам папа.

— А детские обиды на отца у вас были?

— Я довольно часто обижался на него за то, что он мало внимания нам уделял. в один раз упрекнул: «До тебя не дозвонишься». Он рассердился: «Ах, так? Приезжай на следующий день в 8 утра. Понаблюдаешь мой сутки».

Я приехал, а папа уже бреется. Мы помчались по его делам. Сутки был сумасшедший! Я тогда в первый раз заметил, что рубли возможно поменять на какую-то валюту.

Наоборот Курского вокзала был закрытый банк, в том месте папа поменял деньги. Мы были в театре на дневном прогоне «Тартюфа», на его дневном и вечернем концертах.

В перерывах между этим по делам заезжали на записывающую компанию «Мелодия» и в автосервис. вечное ускорение и Безумие! В то время, когда возвратились на Грузинскую, он, моя голову перед ночными съемками «Дон Гуана», задал вопрос: «Отправишься на ночную съемку?» «Нет!» — завопил я. И тогда осознал целый ритм его жизни и из-за чего он не успевает с нами общаться.

— А в то время, когда вы видели отца в последний раз?

— Уже в двадцатых числах. Это было у него дома, на Грузинской. Вместе с ним и бабушкой мы наблюдали по телевизору открытие Олимпиады. Он сидел мрачный — ноль реакций и эмоций. Нина Максимовна, его мама, пробовала его расшевелить.

А в телевизоре негры пляшут, радостный текст, «калинка-малинка»… Бабушка начала пританцовывать. Он заметил: «Ой, мамочка!» Захлопал в ладоши, захохотал… И снова замкнулся. В данный сутки отец ушел к одному из своих друзей.

Он остановился у двери и обернулся — бледный, больной. Как я не осознал, что это финиш?

— При жизни Высоцкого по окончании его концертов люди время от времени на руках несли автобус, в котором он сидел.

— За год до смерти Гагарина был совершён опрос: «С кем бы вы желали встретить Новый год?» отец и Гагарин поделили симпатии приблизительно пополам. Позже Гагарин погиб, и папа как-то пошутил, что сейчас он самый нужный за столом…

— О Владимире Высоцком написано большое количество книг. Вы их просматриваете?

— Очень редкоa. Я симпатизирую приятелям отца Смехову и Золотухину, у которых имеется правдивые воспоминания.

— Марина Влади первенствовала , кто написал книгу о Высоцком. Вы с ней на данный момент видитесь?

— С Влади тут фактически никто не общается. Она дружит лишь с переводчицей Юлей Абдуловой.

У нас с Мариной имеется неспециализированные дела, каковые касаются договоров и книг, которые связаны с творческим наследием Высоцкого.

— Вас довольно часто задают вопросы о том, как вы ругались с Влади по окончании выхода ее книги?

— В книге «Владимир, либо Прерванный полет» большое количество вещей, каковые были, но не так и не тогда. Задачей Марины было открыть Высоцкого Западу, и она с ней справилась. А тут она открыла шлюзы для «желтой» информации.

Дело не в том, что мне не хотелось бы, дабы люди выяснили, что папа выпивал. У нас выпивает каждый второй, а Высоцкий один.

Необходимо писать не о том, чем он похож на остальных, а о том, чем отличается.

— Никита, вам не жалко, что ваша мама, Людмила Абрамова, была если сравнивать с Влади в тени?

— Влади — звезда мирового уровня, публичная фигура, а моя мама, не смотря на то, что и также актриса — нет. Все три жены отца — актрисы. Про первую из них — Изу, которая жила и трудилась в провинции, по большому счету мало кто знал…

Иза Константиновна — единственная из жен Вла­димира Семеновича, которая до сих пор носит его фамилию. Она заслуженый артистка России, практически 40 лет живет в Нижнем Тагиле, трудится в Нижнетагильском драматическом театре.

— В феврале в Екатеринбурге был открыт монумент Высоц­кому и Влади. А чем на данный момент занимается ваша мама, поскольку она так же, как и прежде не дает интервью?

— на данный момент мама преподает в школе историю мастерства и трудится методистом у нас в музее, замечательно проводит экскурсии… Не сказать публично о жизни с Высоцким, возможно, — ее выбор.

Марина — основной персонаж в жизни отца, он ее обожал.

— Чем занимается ваш старший брат и какое количество на данный момент внуков у Владимира Семеновича?

— Аркадий — сценарист, режиссер, преподает в университете. У него пятеро детей.

Старшей дочери — 25, а младшей сравнительно не так давно исполнилось 2 года. Двое детей от первого брака живут с матерью в Америке.

Мой сын Семен от первого брака живет и получает образование Киеве, в университете на юридическом факультете. Второй сын, Даниил, в текущем году закончил школу.

— На Ваганьково, где похоронен ваш папа, постоянно толпятся люди. Вы довольно часто в том месте бываете?

— Я не обожаю в том месте оказаться. Легко вследствие того что люди обычно начинают вести себя, на мой взор, необычно. Смогут свободно подойти и попросить у меня автограф.

Они же не мои поклонники, правда? И по большому счету, на кладбище, по-моему, не за этим ходят.

В противном случае еще, не редкость, поклонники отца внезапно начинают звучно петь либо просматривать стихи плохими голосами…

Михаил Делягин о роли общаков в работе ЦБ

9 Обстановок, В то время, когда Не следует Выпивать Воду


Вы прочитали статью, но не прочитали журнал…

Читайте также: